СВЕТЛА Зона DVD Оптом На главную страницу Напишите нам!
СВЕТЛА
Главная Каталог Жанры Артисты О компании Скачать каталог
СВЕТЛА
Витрина
НОВИНКИ
Дамбо  Rem
Дамбо Rem
Странный груз  Rem
Странный груз Rem
Железный конь  R
Железный конь R

ДЖИН ХАРЛОУ

Фильмы с ДЖИН ХАРЛОУ

Ангелы ада Rem 1930
Взрывоопасная красотка 1933
Враг общества 1931
Джин Харлоу 2000
Джин Харлоу и Кларк Гейбл 2000
Жена против секретарши Rem 1936
Женщина с рыжими волосами Rem 1932
Красная пыль 1932
Личная собственность Rem 1937
Моря Китая Rem 1935
Обед в восемь Rem 1933
Оклеветанная Rem 1936
Платиновая блондинка Rem 1931
Сюзи Rem 1936
Тайная шестерка 1931
                                                                            Джин Харлоу
                                                                    3 марта 1911 - 7 июня 1937
     У современных зрителей при словосочетании платиновая блондинка сразу возникает образ Мэрилин Монро. Но это далеко от истины. Первой платиновой блондинкой и американской мечтой была совсем другая актриса.
     Платиновая американская мечта - это реально существовавшая женщина, «звезда» и секс-символ американского кино 30-х годов Джин Харлоу. Это ее невероятная популярность заставила добрую половину американок осветлить волосы. Это ее внешность, манеры, стиль жизни легли в основу образа, пережившего и ее саму, и ее славу кинозвезды. Это на нее ориентировались все последующие «белокурые богини» Голливуда - Лана Тернер, Бэтти Грейбл, Мэрилин Монро. Последняя не только старательно переняла облик, но и имидж Джин, к счастью стать «новой Харлоу» у Мэрилин, не получилось: хрупкая и ранимая, она была бессильна там, где надо было изображать дерзость и простодушное нахальство, быть «цепкой девицей», которая своего не упустит. Мэрилин казалась беззащитной, а под невинностью героинь Харлоу скрывалась стерва, способная вывести из себя невозмутимых персонажей Кларка Гейбла. Джин никогда не чувствовала себя жертвой - ни на экране, ни в реальной жизни. Но судьба дала ей совсем немного времени: однако она в короткий срок умудрилась не только положить к своим ногам весь мир, но и уйти, сияя победоносной красотой.
     В фильмах она часто носила белые платья, которые в сочетании с ее кожей, цвета слоновой кости и платиновых волос, давали Джин Харлоу беспрецедентные светящиеся качества. Отличительной особенностью облика Харлоу были тонкие брови вразлет. Актрисе приходилось полностью выщипывать их и рисовать изогнутую линию карандашом. Харлоу светилась с экрана, протянула руку и, схватив внимание зрителя, никогда не потеряла его. Она не была недоступна, как богиня Гарбо, она была человеком с земным чувством юмора, который сделал ее превосходной комической актрисой.
     Джин Харлоу, урождённая Харлин Харлоу Карпентер, родилась 3 марта 1911 года в Канзас-сити, штат Миссури, в семье дантиста Монклера Карпентера, выбившегося в люди из низов, и его супруги Джин По (в девичестве Харлоу), дочери состоятельного брокера по торговле недвижимостью. В детстве Харлин жила со своими родителями в большом особняке её дедушки и бабушки. Её мать была несчастлива в браке и потому сконцентрировала все свое внимание на воспитании дочери. Дед очень любил свою внучку и конечно как единственной наследнице хотел оставить всё своё состояние. В детстве Харлин, переболевшая в пятилетнем возрасте менингитом, отличалась слабым здоровьем. Она была очень близка с матерью и находилась под её сильным влиянием, обожала её и во всем слушалась. В семье девочку называли «Baby», т.е. «Малышка».   Ее также звали «Малышкой» и в стенах студии. Она говорила, что она не знала свое настоящее имя Харлин, пока не начала ходить в школу. Так или иначе, прозвище ей нравилось и подходило ей, с ее ангелоподобным личиком, и пухлыми кукольными губками, обведенными яркой красной помадой, она играла, будучи роковой женщиной, но с детской непосредственностью и большим чувством юмора.
     В 1916 году Харлин начала посещать школу мисс Барстоу, частное учебное заведение в Канзас-сити. 29 сентября 1922 года, когда девочке было одиннадцать лет, её родители развелись, причем мать отсудила Харлин себе, а бывшему супругу запретила видеться с дочерью. В 1923 году Джин По - или, как её иначе называли, Мама Джин, - мечтая сниматься в кино, переехала с дочерью в Голливуд и определила её в местную школу для девочек. Однако пробиться в актрисы Маме Джин не удалось. Спустя два года, когда закончились деньги и рухнули последние надежды, они вернулись в Канзас-сити.
     Лето 1925 года Харлин провела в детском лагере Ча-Тон-Ка в Мичигане и подхватила там скарлатину. Вроде бы и детское заболевание, но это сыграет с ней в будущем трагическую роль. Затем её мать вышла замуж за некоего Марино Белло и переехала с ним в Чикаго, где Белло владел отелем. Харлин отправили учиться в школу Ferry Hall School в близлежащем городе Лейк-Форест. Натуральная блондинка с очень женственной, рано оформившейся фигурой, Харлин прекрасно знала, что ею любуются все: мальчишки ее возраста и зрелые мужчины, богатые женихи и просто прохожие на улице. Забавно, но при этом у нее никогда не было конфронтацией с подружками: она была настолько милой и обаятельной, что на нее нельзя было сердиться. Именно подружка познакомила ее с девятнадцатилетним Чаком - Чарльзом Фримонтом МакГрю, наследником крупного состояния.
     МакГрю сходил по юной красавице с ума и готов был жениться. Он честно предложил ей руку и сердце - и она согласилась. Но поскольку просить благословения родителей с обеих сторон было бесполезно, Чарльз и Харлин сбежали в Чикаго и тайно обвенчались, поставив родных перед фактом. Ей было всего 16 лет. Правда в 17 она уже развелась и конечно к разводу приложила руку любящая мамаша. МакГрю плохо знал свою тещу. Обладая огромным влиянием на Харлин, она быстро убедила дочку в том, что ее брак - это беспрецедентная глупость. Родня Чарльза вряд ли признает ее, как невестку, а значит, рассчитывать на их финансовую помощь бесполезно. Кроме того, по мнению матери, ее дочь должна была найти такого жениха, который бы твердо пообещал обеспечивать не только жену, но и ее родителей. Уже через месяц после свадьбы Харлин вернулась в дом матери, а через полгода - вместе с родителями уехала в Калифорнию.
     В Лос-Анджелесе Белло и его семью никто не ждал с распростертыми объятиями. Поначалу им пришлось туго. Но в 1928 году мать Харлин осенила гениальная идея: если не она, то ее дочь станет кинозвездой! Идея была не нова: Лос-Анджелес, как и Голливуд, в ту пору был «королевством кино». На кинотеатрах красовались неоновые рекламы фильмов, статьи о «звездах» заполняли журналы, радио изо дня в день смаковало подробности «красивой жизни» кинозвезд. «Все, кто в то время жил в Лос-Анджелесе постепенно сходили с ума на кино и желании в нем преуспеть», - вспоминала одна из сценаристок студии MGM, начинавшая свою карьеру в конце 20-х годов. Больше того, привлеченные сладким запахом успеха, в Голливуд съезжались красивые девушки со всей страны. Они надеялись стать новыми Пикфорд и Свенсон, но обычно вскоре летели на «дно», становясь статистками, проститутками, реквизиторшами - а чаще всего, и тем, и другим, и третьим.
     Джин завела подругу - начинающую актрису Розали Рой. Благодаря этому знакомству, а также счастливому стечению обстоятельств, Харлин и попала в кино. Однажды Розали собралась по делам на киностудию Fox и попросила подругу подвезти её. Пока Харлин сидела в автомобиле, мимо проходили высокопоставленные менеджеры студии. Эффектная фигуристая блондинка привлекла их внимание, и, снабдив её рекомендательным письмом, они предложили Харлин прийти на пробы. Первое время Джин игнорировала звонки с киностудии, но затем по настоянию матери согласилась сняться в качестве статистки в фильме «Узы чести» и таким образом в 1928 году дебютировала в кино. Её имя не упоминалась в титрах, а гонорар составил всего семь долларов в день. В том же году она снялась полуобнаженной - фотограф Эдвин Хессер запечатлел семнадцатилетнюю Харлоу, пышные формы которой едва прикрывал кусок материи, на лоне природы в Гриффит-парке.
     В 1929 году Харлоу приняла участие в четырнадцати картинах. Несмотря на это внушительное число, актриса, подобно многим другим дебютанткам, получала преимущественно крошечные безымянные роли - так, её можно заметить в комедии «Дитя субботнего вечера», где главную роль исполняла угасающая звезда Paramount Pictures Клара Боу, и в немом короткометражном фильме «Двукратное ох» с Лорелом и Харди, популярным комическим дуэтом 20-х. В этом фильме ее юбка защемлена дверцей автомобиля, и сдернута с нее. В итоге это вызвало целую сенсацию, а дед, увидев, этот фильм грозился лишить ее наследства.
     Независимо от игры жестких характеров в ее ранних фильмах, зрители всегда любили ее. Харлоу сказала о тех характерах: «Я не хочу играть крутых девчонок. Это так отличается от меня настоящей». Практически, Харлоу, получившая образование в высококлассных частных школах, фактически вышла из довольно зажиточной семьи. Ее дедушка не поддерживал и не одобрял идею карьеры в кино для своей внучки.
     Но в сравнении с другими красотками, слетевшимися в Голливуд, у Харлин было преимущество: она была не только красива, но и неглупа. Джин Харлоу пришла в кинематограф в 17 лет. Первые ее шаги в немых лентах остались практически не замечены, но она не ждала, что мир сразу падет к ее ногам и была со всеми вежливой, очаровательной и в меру простодушной девушкой. Она начала сниматься статисткой и очень быстро была замечена актерскими агентами. Виной тому был странный каприз Харлин: несмотря на выдающийся бюст, она упорно не желала носить лифчик, а одежду предпочитала максимально облегающую. «Эта девица скорее раздета, чем одета», - заметила кинозвезда тех лет Клара Боу, увидев Харлин в толпе статисток. - «Она далеко пойдет».
     Боу как в воду глядела: через год-полтора Харлин «открыл» миллионер и продюсер Ховард Хьюз, давший ей большую роль в «Ангелах ада». По протекции своего знакомого актёра Джеймса Холла она познакомилась со знаменитым авиатором, режиссером и будущим мультимиллионером Ховардом Хьюзом, которому на тот момент было всего двадцать четыре года. Так как то время в киноиндустрии начинало завоевывать позиции новомодное звуковое кино, Хьюз решил переснять со звуком свою законченную, но не выпущенную на экраны, немую картину «Ангелы ада». Он активно искал замену актрисе Грете Ниссен. которая играла в немом варианте фильма, но из-за тяжелого норвежского акцента потеряла все шансы продолжить карьеру в звуковом кино. На встрече Джин сумела заинтересовать Хьюза, а агенты убедили его, что «новенькая» произведет настоящий фурор. Самому Хьюзу девушки такого типа никогда не нравились - он предпочитал «настоящих» леди, но Хьюзу срочно нужна была замена. Оставалось только придумать имя, подходящее для будущей «звезды». «Харлин Карпентер» звучало ужасно, «Харлин Бело» - еще хуже, а вот идея взять имя и девичью фамилию матери пришлась всем по душе. Так она стала Джин Харлоу.
     24 октября 1929 года подписала с ним контракт сроком на пять лет и приступила к съемкам. Эта картина, которая стала настоящим прорывом для Харлоу, была сама по себе уникальна для того времени - Хьюз вложил в производство головокружительных трюков в воздухе около 4 миллионов долларов, что сделало «Ангелов ада» самым дорогостоящим фильмом тех лет. Часть сцен была отснята в системе Multicolor, то есть была окрашена в красно-зеленую цветовую гамму.  Премьера картины прошла при полном аншлаге 27 мая 1930 года в знаменитом голливудском кинотеатре Grauman's Chinese Theatre, том самом театре, возле которого в настоящее время находятся увековеченные в бетоне отпечатки ног и ладоней избранных кинодеятелей. Билеты стоили рекордную по тем временам сумму - 11 долларов.
     Сюжет «Ангелов ада» был банален, но роль подходила Джин не меньше, чем ее облегающие наряды. Ее героиня, кокетливая и хитрая красотка, морочила голову сразу двум ухажерам, одновременно флиртуя с третьим. Она то мурлыкала, будто кошечка, то выпускала коготки, становясь нахальной и беспардонной стервой. Роль блондинки Хелен, которая закрутила роман с двумя братьями-летчиками, моментально превратила Харлоу из непримечательной дебютантки в голливудскую знаменитость и принесла 19-ти летней актрисе бешеную популярность у публики. В 1931 году она снялась в шести фильмах, и за исключением эпизодического появления в комедии Чаплина «Огни большого города», все её роли были ведущими.
     Америка была в восторге. До этого богиней голливудских лент была «недоступная красавица» - всегда печальная, как Гарбо, страстная, как Свенсон, своенравная, как Боу. Джин была им полной противоположностью: ласковая, пушистая, словно играющий котенок, гармонично сочетающая в себе эротичность и напор, она была для американцев своей - «малышкой с улицы», без претензий на элитарность и интеллект.
     Хьюз мог больше не снимать фильмы с Харлоу, хотя контракт Джин был заключен с кинокомпанией Хьюза Caddo Company. Он одалживал ее другим киностудиям - Warner Bros., Universal Pictures, Fox Film и Columbia Pictures. Харлоу появилась в криминальных драмах «Секретная шестёрка» и «Враг общества» (её партнером был знаменитый Джеймс Кэгни), далее сыграла жену боксера в мелодраме Тода Браунинга «Железный человек», после чего последовали комедии «Голди» и «Платиновая блондинка». Первоначально у последнего фильма было другое название - «Галлахер» (по имени персонажа Лоретты Янг, которая играла в фильме одну из ключевых ролей), - однако Хьюз, желая отрекламировать свою новую протеже, настоял, чтобы название было изменено. В результате за Харлоу и закрепилось то самое знаменитое прозвище «Платиновая блондинка». Она являлась первой голливудской дивой, которая носила это прозвище и впоследствии так стали называть других белокурых див - например Мерилин Монро и певицу Мадонну.
     Другие студии платили ему за то, что он одалживал свою «звезду» в их фильмы. Джин особенно пришлась «ко двору» на MGM, с которой, впоследствии, заключила долгосрочный контракт. Именно на MGM окончательно отшлифовали экранный образ новой богини. Отныне слегка пышные и от природы светло-каштановые волосы Джин были обесцвечены перекисью и всегда аккуратно завиты, ее снежно-белые платья - образец простоты и шика - облегали или красиво драпировали ее роскошное тело.
     Но больше всех постарались фотографы, превратившие Джин в пьянящую богиню, один взгляд которой сулил мужчинам неземное блаженство. Её фото, растиражированные всеми журналами о кино, сделали из Джин почти предмет культа - настоящий «секс-идол» 30-х годов.
     Сексуальность Джин обсуждали везде, где только можно: на страницах журналов о кино, в деловых разговорах в Голливуде, на светских вечеринках, шепотом в кинотеатрах. Мужчины были от нее без ума и утверждали, что один ее взгляд способен «завести» даже мертвого. Сама же актриса, которой в ту пору было 19-20 лет, не очень понимала, о чем, собственно, речь. Она, конечно, знала, что нравится мужчинам, умело этим пользовалась, но, по собственным словам, от замужеств и романов не получала никакого удовольствия.
     Хотя фильмы Харлоу сопровождались неизменным коммерческим успехом, критики высмеивали её - по их мнению, как актриса Харлоу была совершенно несостоятельна, а её главным достоинством была откровенная сексуальная притягательность, но никак не актёрское мастерство. Многие газеты, даже открыто глумились над уровнем ее актёрского мастерства, но особых талантов от нее никто и не требовал. Журнал Variety писал: «Неважно, какой степени талантом она обладает... С тем, что у нее есть, еще никто не умер с голоду». Имела же она стройную фигуру, чувственные губы и, конечно же, волосы цвета платины, а ведь джентльмены предпочитали блондинок задолго до выхода одноименного фильма. Одна из газет довольно метко охарактеризовала набор талантов, которым владела Харлоу, назвав его по аналогии с актерским реквизитом «сексквизитом».
     В конце концов, Хьюз забеспокоился, как бы насмешки в прессе не испортили имиджа Харлоу и в конце 1931 года отправил свою подопечную в турне по Восточному побережью.
     Результат превзошёл все ожидания - появления актрисы неизменно сопровождались аншлагом, и турне продлилось до начала 1932 года. Будучи умелым дельцом, Хьюз решил извлечь из этого выгоду и открыл по всей стране клубы под названием «Платиновая блондинка», а также назначил приз в 10 тысяч долларов тому парикмахеру, кто сумеет создать краску для волос платинового оттенка, как у Харлоу. Ещё во время съемок у Хьюза Джин завязала романтические отношения с продюсером MGM Полом Берном. В начале 1932 года их роман был в разгаре. Именно Берн поспособствовал очередному витку её карьеры. Он предложил Луису Б. Майеру перекупить Харлоу у Хьюза, однако тот недолюбливал актрису и её легкомысленное амплуа, подчеркивая, что его студия больше занимается съемками добропорядочных проектов, а не скандальных и потому не слишком воодушевился. Тогда Берн обратился к Ирвингу Талбергу, - другому влиятельному лицу в MGM. Тот, поколебавшись, согласился. 3 марта 1932 года - в день, когда Харлоу исполнился 21 год - Берн сообщил своей протеже приятную новость о том, что кинокомпания выкупила её у Хьюза за 30 тысяч долларов, а 20 апреля 1932 года Харлоу официально заключила контракт с MGM.
     Её первым фильмом уже в рамках нового контракта стала романтическая комедия «Рыжеволосая женщина» с гонораром в 1250 долларов в неделю. 2 июля 1932 года - спустя неделю после того, как картина вышла в прокат, - Харлоу и Пол Берн поженились. Это была не любовь со стороны Джин, а скорее благодарность покровителю.
     Как и ожидалось, Майер и мама Джин не были довольны. Затем начались съемки мелодрамы Виктора Флеминга «Красная пыль», где Джин играла проститутку по имени Вантин, влюбленную в плантатора Денниса, роль которого исполнял Кларк Гейбл. Пока шли съемки, случилась трагедия - 5 сентября 1932 года Пол Берн застрелился, прожив в браке с Харлоу немногим более двух месяцев. Рядом с телом лежала предсмертная записка, адресованная жене. Содержание её было довольно туманным. Берн писал: «Дорогая. К сожалению, только так я могу исправить все то плохое, что причинил тебе, и стереть следы своего страшного унижения. Ты сама понимаешь, прошлая ночь была не более чем комедия. Я люблю тебя. Пол».
     Полицейским Харлоу рассказала, что, поужинав с мужем, ушла ночевать к матери. Берн должен был присоединиться к ним, но затем сообщил по телефону, что у него разболелась голова, и остался дома. Причина самоубийства предположительно заключалась в импотенции сорокадвухлетнего Берна - вскрытие показало, что у него было некое физическое увечье, которое могло воспрепятствовать полноценным супружеским отношениям.
     Однако не все было так очевидно. Обстоятельства трагедии были таковы, что заставляют до сих пор гадать о том, что случилось той сентябрьской ночью. Дело в том, что слуга, обнаруживший труп, позвонил не в полицию, а на киностудию MGM, на которую в то время работали Харлоу и ее муж. На место преступления прибыл хозяин кинокомпании Луис Б. Майер с помощниками и некоторое время бесконтрольно хозяйничал в доме убитого, то ли уничтожая улики, то ли фабрикуя новые. В результате Джин Харлоу даже не привлекли в качестве свидетельницы по делу о смерти мужа, хотя во время трагедии она находилась где-то неподалеку. Полиция выяснила, что Берн долгое время платил ежемесячное содержание в 250 долларов женщине по имени Дороти Миллетт, которая в кругу своих знакомых была известна как миссис Берн. В ночь его смерти она выписалась из отеля в Сан-Франциско и купила билет на пароход до Сакраменто, однако на борту Миллетт не оказалось - её каюта была пуста, а на палубе были обнаружены её пальто и ботинки. Через несколько дней ее тело было найдено в реке Сакраменто. Дальнейшее расследование показало, что Миллетт страдала психическим заболеванием, а Берн задолго до встречи с Харлоу был её любовником и представлял всем, как свою жену.
     Для похорон не было никаких денег, так что Харлоу, оплатила ее похороны и даже поставила небольшое надгробие с надписью «Дороти Милетт Берн». Ей также пришлось оплатить и долги мужа в размере $ 20,000, которые остались после его смерти. Джин, ко всему прочему, срочно пришлось вернуться на съемки сразу после трагической гибели мужа. Уже через три дня после похорон Харлоу вернулась на съемки фильма «Красная пыль» и Кларк Гейбл позже скажет: «Она была храбрым человеком, которого я когда-либо знал». Джин никогда не будет говорить о смерти Берна снова ни публично, ни в частной беседе всю оставшуюся жизнь.
     Глава студии были обеспокоены тем, что самоубийство Пола Берна и в результате скандала скажется карьеру Харлоу отрицательно. Однако скандал никак не влияет на популярность Харлоу. Джин Харлоу по прежнему остается одной из избранного десятка звезд Америки, любимой, как мужчинами, так и женщинами Зрители любили ее качество непосредственности, которое она спроектировала на роли, которые она играла. А все скандалы только окружали ее гипнотизирующим шлейфом, не оставляя на ней пятен грязи. Потому что она оставалась тихой и достойной в условиях скандала, она заработала больше симпатий от зрителей, что делает ее даже большей звездой после свершившегося факта. «Красная пыль» была хитом и не только продемонстрировала наглую сексуальность Харлоу - наиболее известный эпизод, как она купалась в бочке - но и ее веселую, полную комизма и юмора игру.
     Неожиданная гибель Берна, одного из самых влиятельных лиц американского кинематографа тех лет, стала одним из первых голливудских скандалов и лишь подогрела интерес публики к Харлоу. В 1933 году, снявшись в романтических комедиях «Ужин в восемь» и «Бомба», она вошла в число самых популярных актрис Голливуда. Славы актрисе добавила её скандальная связь с легендарным боксером-тяжеловесом Максом Баэром. После того, как жена Баэра, актриса Дороти Данбар, пригрозила начать бракоразводный процесс и привлечь актрису к суду, руководство MGM поспешно организовало брак Харлоу со своим штатным кинооператором Гарольдом Россоном. Они поженились 13 сентября 1933 года и спустя семь месяцев развелись.
     В 1934 году Харлоу снялась всего в одном фильме. Это была комедия «Девушка из Миссури», история о хористке, которая пытается заполучить мужа-миллионера. Затем, памятуя об успехе её предыдущих дуэтов с Гейблом, MGM выпустила ещё два фильма с участием обоих актёров - мелодраму «Китайские моря» (1935) и комедию «Жена против секретарши» (1936). И эти картины, и последующие, неизменно становились хитами, а фильмы «Сюзи» и «Оклеветанная» (оба - 1936 года) получили по номинации на премию «Оскар». Наиболее удачным был кинодуэт актрисы со знаменитым актёром Кларком Гейблом - они снимались вместе шесть раз. Они вспыхнули вместе и дополняли друг друга во всех отношениях. Гейбл встретил достойную партнершу, как свою «ведущую леди». Они вызывали чувства игривости и веселья в каждом фильме, который они сделали вместе. Они представляли идеальные как дружеские отношения, так и любовные, но только на экране. За пределами экрана они были просто «приятелями». Жена Кларка Гейбла Кэрол Ломбард, которой их дружба «не угрожала», как-то прокомментировала, что она любила Джин Харлоу, потому что Кларк думал о ней «как об одном из парней».
     К середине 1930-х годов, Харлоу был на вершине своей карьеры - и, вместе с Нормой Ширер, Джоан Кроуфорд и Гретой Гарбо - одной из главных звезд женщин на студии. Ей ставили в партнеры помимо Кларка Гейбла таких ведущих звезд актеров как Роберт Тэйлор, Франчо Тоне, Спенсера Трейси, Кэри Гранта, Джеймса Стюарта, Уоллеса Бири и постоянно жизнерадостного Уильяма Пауэлла.
     А вот дома не все было так безоблачно. Ее отчим Мэрино Белло был прославленным мошенником, который присвоил ее деньги, якобы инвестировав 25 % ее заработанных денег в несуществующие мексиканские золотые рудники (это было обнаружено Уильямом Пауэллом, когда он исследовал состояние дел Белло). А ее эксцентричная мать, которая управляла каждым движением своей дочери: что она сделала, и что сказала - и саботировала все ее отношения с ее мужьями, отчаянно манипулируя своей дочерью. Она не уступала никому контроль над своей дочерью.
     Она, конечно, внесла свою лепту в отношения Джин с мужчинами, постоянно твердившая дочери, что никто не будет ее любить так, как она. Именно мать разбила, начинающийся было, роман Харлоу с Уильямом Пауэллом. А ведь тот бросил жену, чтобы жениться на Джин. Снимаясь с Пауэллом, Харлоу однажды, шутя, попросила его: «Если я умру, раз в неделю присылай цветы на мою могилу». Он выполнил ее просьбу.
     Но, несмотря на браки и романы, жизнь Харлоу казалась журналистам чересчур пресной для «богини секса». Стоило ей сыграть подружку гангстера, как в газетах тут же появлялись намеки на то, что у нее роман со знаменитым мафиози Ли Цвилманом. Но нет дыма без огня. Может быть, у нее и был роман с гангстером Цвиллманом, поскольку известно, что Цвиллман подарил Харлоу кадиллак и браслет с драгоценными камнями. Харлоу водила знакомство и с гангстером Багси Сигелом, была крестной матерью его дочери Миллисент и ввела его в избранное общество Голливуда.
     Даже респектабельная MGM пользовалась скандальным имиджем Джин: сразу после самоубийства Берна мужа был снят фильм «Безрассудный», где актриса играла жену человека, погибшего при загадочных обстоятельствах.
     Ее уверенность росла с каждой последующей ролью, пока ее комичный талант не был отмечен руководителями студии и, наконец, использован. Никто не мог изобразить так весело раздражение и пыхтение, бросить посуду и закатить истерику на экране как Харлоу.
     Впрочем, та же MGM дала Харлоу возможность уйти от надоевших ей ролей сексуальных «стервочек». «Под нее» ставились комедии, где Джин пародировала свой прежний имидж, изображая не столько нежность, сколько нахальство и жеманность «кошечек» - кокоток и ложных скромниц. «Вы не возражаете, если я надену что-нибудь более удобное?» - спрашивали ее героини у своих поклонников, и вскоре появлялись в облегающем и полупрозрачном платье. Фильмы с ней неизменно имели успех, но на MGM ее любили не только поэтому. «Джин была не только очаровательной девушкой, но и самым приятным человеком, которого я знал за все время работы в кино», - заметил глава MGM Луис Майер через много лет после смерти Харлоу.
     Харлоу любили практически все члены съемочной группы, которые работали с ней над фильмом. Они помнили ее как очень добрую, практичную и как большого игрока игры в кости! В те дни, предваряя Лас Вегас, одним из ее любимых мест бегства было Agua Caliente, игорный курорт Тихуана, который до сих пор существует. Харлоу, с ее золотым сердцем, как было известно, выручала членов команды, которые нуждались в финансовой поддержке.
     Почти все моментальные снимки ее сняты в свитерах, брюках клеш и теннисных туфлях. И ее подруга Марселла Рэбвин, помощница Дэвида О. Селзникса, вспоминала, что у Харлоу всегда была книга под рукой. Она много читала. В биографии Розалинд Рассел «Жизнь - банкет», вспоминала о Джин: «Я была близка с Джин Харлоу. Я любила ее, и она была ох! потрясающим существом! Однажды я помню, сидела под феном в салоне красоты, и рядом со мной сидел ребенок, также под феном, одетый в шорты, а аккуратные, но отлично сформированные ножки ребенка были закинуты на спинку стула, в то время как ногти ее небольших рук были накрашены ярко-красным лаком. Честное слово, я думала, что это десяти или одиннадцатилетний ребенок. Внезапно колпак фена поднялся и «ребенок» встал, и это была Джин. Ей было вероятно двадцать три года в это время, но без косметики и без бровей, она походила точно на маленького ребенка».
     В своей биографии Мирна Лой описывала такой факт из своей жизни. На съемках второго фильма знаменитого дуэта Мирны Лой и Уильяма Пауэлла «После тонкого человека» произошел такой казус. Актеры в жизни они были хорошими друзьями, а романтические отношения существовали только на экране, хотя общественность воспринимала их как супружескую чету. Поскольку большая часть сцен снималась в Лос-Анджелесе, то в гостинице менеджер отеля, спутав фантазию с реальностью, выделил номер люкс для «четы Пауэлл», кстати, в котором проходили и съемки некоторых сцен.  Это был щекотливый момент, поскольку на тот момент Пауэлл был обручен с другой актрисой Джин Харлоу, впрочем, пара не делала об этом публичных заявлений, хотя жених и подарил невесте сапфировое обручальное кольцо в 150 карат, но они держали свои отношения в секрете. Спасла положение Харлоу, настояв на обмене с Лой номерами. Как вспоминала об этом в своей биографии Мирна: «Эта путаница привела меня к одной из самых крепких уз дружбы. Нам было весело. Мы могли далеко за полночь душевно разговаривать, иногда шутить, попивая джин, иногда отдавали предпочтение более серьезным вещам. Я обрела настоящую подругу. Джин была всегда весела, полна забавы, но она также, случилось, была чувствительной женщиной с большим количеством чувства собственного достоинства. Все остальное было маскировкой, в которую она была одета. Она просто оказалась хорошей актрисой, которая создала живую характеристику и которая источала сексуальную привлекательность». В то же время Пауэлл занимал номер этажом ниже и гораздо скромнее.
В ответ на сексуально эксплуатационный образ, вымученный в «сексо-аналитической» книге, нацарапанной в 1960-ых о Харлоу, Лой сказала: «Это приводит меня в неистовство, когда я думаю о том мусоре, который напечатан». Пауэлл только печально сказал: «Она не похожа на это вообще».
     В жизни Джин мало чем напоминала кинозвезду. Она была нежной, мягкой, послушной женщиной, разве что чуть-чуть лукавой и по-детски любующейся собой. Она по-прежнему во всем слушала мать, которая в середине 30-х годов стала ярой последовательницей «христианской науки» - учения, говорящего, что помогать больному должны не врачи, а молитвы.
     Проведя много времени с Пауэллом на съемках «Безрассудный», они вдвоем сильно увлеклись друг другом, несмотря на значительную разницу в возрасте. Пауэллу без сомнения польстило, что наиболее желанная мужчинами в мире женщина хотела быть с ним. Джин же льстило, что Пауэлл оценил ее по достоинству как порядочную женщину, относясь к ней трепетно и уважительно. Это не было совпадением, что после того, как пара начала встречаться, появилось смягченное изображение Харлоу на экране - включая, наиболее важно - ее платиновый цвет волос. Особенность, которая сделала ее известной, постепенно смягчается, приблизившись к естественной блондинке медового оттенка; ее косметика и брови также стали менее острыми. После знакомства в течение двух, Пауэлл, однако, избегал любого разговора о браке. Это опустошало Джин и вызвало ее горестное недоумение; то, что человек, которого она любила, отказывался жениться на ней - подозревающий, видимо, ее в ненадежности, или ощущая, что она не способна быть достойной женой. Несмотря на это брачное качание назад и вперед, эти двое сходили с ума друг от друга к восхищению поклонников и большой тревоге Луиса Майера, они продолжали встречаться вплоть до драматических событий в 1937. Вряд ли они подозревали, что их нерешительная, но подлинная любовь вскоре трагически оборвется.
     Во время съемок фильма с Робертом Тэйлором «Личная собственность» Джин по слухам заболела гриппом, но вынуждена из-за съемок большую часть болезни перенести на ногах. Скорее всего, это и послужило толчком к развитию дальнейших событий и приведет в движение болезнь, дремлющую в ее организме. Она становится все более слабой, что весной даже возникли проблемы восстановления здоровья в результате стоматологической хирургии - у нее были удалены два зуба мудрости. У нее даже опухло лицо, и Пауэлл выразил беспокойство по поводу ее здоровья. Но подступили съемки очередной романтической комедии с Кларком Гейблом «Саратога» (за съемки в фильме «Саратога», актриса получала 4 тысячи долларов в неделю), да и Пауэлл снимался в очередной картине с его постоянной партнершей Мирной Лой. Было очевидно, что она больна. Впервые в ее карьере с экрана уходит ее сияние. Она даже старалась не подходить близко к камере из-за странного оттенка кожи и слегка отдуловатого лица. Несмотря на мучившую ее боль, «Baby» не хочет подвести свою съемочную группу. 29 мая 1937 года в съемках по сценарию Кларк должен был поднять ее и бросить на диван, когда он заметил ее затрудненное дыхание, а весь лоб актрисы был в поту. Он поставил ее мягко на пол и сигнализирует режиссеру Конуэю, чтобы «остановиться». Несмотря на ее пререкания, что она могла бы продолжить съемки, доктор студии настоял, чтобы она получила медицинское обслуживание и отдых. Вместо того чтобы поехать в больницу, она возвращается домой.
     Вопреки тому, что было ранее написано о Маме Джин (что она отказала дочери в медицинском обследовании), мать Харлоу, набожная последовательница «христианский науки», действительно нанимала медсестер, но неохотно позволяла докторам исследовать ее дочь дома, однако отказывалась ослабить контроль над ситуацией и госпитализировать Харлоу. К тому времени, когда медики, наконец, получили ее в госпиталь, почечная инфекция распространилась по всему телу и отравила весь организм. С каждым днем Харлоу становилось хуже. Актрису срочно отвезли в госпиталь Доброй Самаритянки, где врачи диагностировали у неё уремию - отравление крови мочой. Харлоу прожила ещё несколько дней и 7 июня 1937 года скончалась от отека мозга. Актрисе было всего двадцать шесть лет...
     Одна из теорий, детализированная в книге Дэвида Стенна «Секс-бомба: Жизнь и Смерть Джин Харлоу» того, почему Харлоу столкнулась с почечными проблемами, - то, что болезнь развивалась из-за случая скарлатины, которую она перенесла в летнем лагере еще подростком.
     Автор и сценарист MGM Хэрри Раскин вспоминал: « В день когда «Вaby» умерла, не было ни одного звука в студии в течение трех часов... ни одного проклятого звука». Когда Пауэллу и Маме Джин сообщили, что «Вaby» скончалась, оба впали в истерику, что врачам пришлось их успокаивать с помощью лекарства.
     Её похоронили в мемориальном парке Forest Lawn в Калифорнии. Надгробие, на котором были начертаны слова «Оur baby» (т.е. Наша малышка), оплатил актёр Уильям Пауэлл, с которым актриса в последние два года жизни поддерживала близкие отношения.
     Осталась одна из проблем на MGM - следует ли закончить «Саратогу», которая была отснята на 90 процентов. Боясь, что они будут выглядеть оппортунистами, руководство мучительно раздумывало о том, как закончить фильм, поскольку Харлоу не успела снять все свои сцены. Студия, разработала способ закончить «Саратогу» как «дань памяти» Джин Харлоу. Используя съемки общим планом с использованием дублерши Мэри Дис, которая носила причудливые шляпы с большими полями, сильно затеняющие ее лицо или смотрела в бинокль на крупных планах - так же как и Паулы Винслоу, чтобы дублировать голос Харлоу, «Саратога» была выпущена немного более чем месяц спустя, чтобы успокоить поклонников, которые хотели в последний раз взглянуть на свою любимую звезду. Это был самый большой финансовый успех года. И хотя подмена заметна, лента пользовалась огромным успехом: публика валом шла посмотреть на безвременно ушедшую звезду.
     Голливуд был потрясен этой нелепой и трагической смертью милой и очаровательной женщины. Критики, относившиеся к Джин скептически, тут же стали называть ее «одной из лучших комедийных актрис». Ее друзья - а Харлоу любили все - рыдая, шли за ее гробом. Ее мать превратила дом в музей «своей девочки». Мать Джин Харлоу умрет 21 год спустя, день в день, в той же больнице.
     Убитый горем Пауэлл выполнил обещание, данное Джин, - и 20 лет, до самой его смерти, на могилу Харлоу еженедельно приносили белые цветы.
     «Наверное, это кощунство, но в том, что мы не видим, как увядает красота, есть высшая справедливость судьбы, - заметил как-то Джордж Харрелл, знаменитый голливудский фотограф, - Джин нравилось любоваться собой, и, я думаю, она бы поняла, что я имел в виду». По воле рока, одна из самых желанных женщин экрана умерла юной и прекрасной, оставив нам только легенду о «платиновой мечте», живущей в подсознании каждого мужчины.
     Почти тридцать лет спустя - в 1965-м - в США вышли сразу два фильма с одним и тем же названием «Харлоу». Но зрители отнеслись к ним прохладно. Новое поколение ничего не знало о белокурой секс-бомбе, а старшее не узнавало в этих героинях свою любимицу, ставшую одной из голливудских легенд.
     Мерилин Монро предлагали сыграть Харлоу в фильме-биографии о её жизни. Сначала она отказалась, но потом передумала и даже назначила встречу с продюсерами будущего фильма, однако, как и Джин, внезапно скончалась во цвете лет.
     Харлоу была удостоена звезды на Голливудской Аллее Славы.
     Певица Гвен Стефани дебютировала в кино, сыграв роль Харлоу в фильме Мартина Скорсезе «Авиатор». Гвен было тридцать четыре года, тогда как Харлоу на момент её встречи с Говардом Хьюзом - всего девятнадцать.
     В отличие от других сирен Голливуда Харлоу как о ней кто-то сказал «блондинка с эффектом разорвавшейся бомбы», реально смогла стать великолепной комедийной актрисой. На протяжении всей своей короткой десятилетней актерской карьеры, Харлоу сделала 36 фильмов, получила бесчисленное количество, как похвал, так и рассерженных шипений, в том числе и фото на обложке журнала «LIFE» - мечту любой кино актрисы - и была одной из самых любимых звезд в городе и конечно в ее родной студии MGM.
     Харлоу не будет забыта и Американским институтом кинематографии, поставившем ее на 22 место в своем списке «50 величайших Звезд кино» спустя почти 60 лет после ее трагической смерти.
    В течение многих лет после смерти Харлоу, какие только слухи не ходили в большом количестве относительно того, что фактически убило эту женщину, казалось бы в расцвете ее лет. Люди шептались, что это был результат избиения ее Берном, другие утверждали, что это был результат неудачного аборта, третьи выдвигали еще более нелепую теорию, что краска для волос, которой она отбеливала волосы, просочился в ее мозг и отравил. Только в конце 1990-ых, ее долго запечатанные медицинские отчеты были раскрыты, доказывая простую истину - что, после более чем вероятного перенесения скарлатины еще в подростковом возрасте, ее судьба была предопределена. В конце 1930-ых, не было никакой медицинской помощи для того, чтобы поддержать почки: ни диализа, ни пересадки, ни мощных антибиотиков. Это был медленный, ядовитый процесс, а когда почки, наконец «сломались», ничто, возможно, не предотвратило трагическую смерть Харлоу.
     Чтобы сказать, что смерть Харлоу была полным и чрезвычайным шоком для ее семьи MGM, поклонников и мира - это будет грубым преуменьшением. Перебивая новости о Германии, наращивающей довоенное напряжение отношений в Европе и ослабленную экономику на первых полосах в течение многих дней, смерть Харлоу была встречена с большой печалью, особенно в пределах Голливудского сообщества, которое обожало ее. Майер закатил пышные похороны, которые только можно было вообразить на тот момент. Кажется, не было в Голливуде звезды, кого бы ни пригласили на церемонию, снаружи была огромная масса зевак, которые приветствовали каждое прибытие знаменитости, что лишило церковь всех цветочных запасов после того, как церемония была закончена. Несмотря на сумасшествие ее проводов, именно Пауэлл завершил финал Харлоу, место ее безмятежного покоя, было оплачено именно им, а не студией или матерью и обошлось ему в кругленькую сумму за 25 000$ в Большом Мавзолее, в котором ее мраморный склеп был поставлен с простыми словами: «Наша Малышка».

Главная|Каталог|Жанры|Артисты|О компании|Скачать каталог